Когда честь, достоинство и принципы дороже жизни

Мачу-Пикчу, Перу
Мачу-Пикчу, Перу

«…если вы боретесь с коррупцией, у вас должно быть терпение. Если вы нетерпеливы, вы конченый человек. Я начал свою активистскую деятельность в восемнадцать лет, а увидел какие-то результаты, когда мне было за сорок» Хосе Угас

28 июля 1990 года Альберто Фухимори – политик японского происхождения, был приведен к присяге в качестве президента страны. Выборы он выиграл как кандидат от бедных, индейцев, метисов, черных и лиц азиатского происхождения.

5 апреля 1992 года, меньше чем через два года после прихода к власти, Фухимори фактически совершил государственный переворот: распустил Конгресс и изгнал 96 процентов судей, на их места назначив людей по собственному усмотрению. Следующие семь месяцев он руководил страной без парламента.

Созданное им правительство тут же приступило к расследованию нарушений прав человека и коррупции, связанной с прежним режимом, ему удалось практически полностью уничтожить своих оппонентов. По вопросам безопасности, разведки и борьбе с наркоторговлей Фухимори назначил своим советником бывшего адвоката наркокартелей Владимиро Монтесиноса и на протяжении следующих десяти лет судьбы Фухимори и его всесильного силовика стали нераздельны.

Под давлением Организации американских государств (ОАГ) Фухимори был вынужден назначить досрочные парламентские выборы в ноябре 1992 года, на которых его партия получила уверенное большинство в парламенте, а принятая новая Конституция расширила полномочия президента. Так у Фухимори оказался под контролем и парламент, и судейский корпус, и аппарат генерального прокурора, и СМИ.

В 1995 году подошел к концу срок президентства Фухимори и, в связи с еще большой популярностью на тот момент в народе, на этих выборах он победил.

В 2000 году Фухимори пошел на выборы в третий раз. К этому времени из всех СМИ неподконтрольными ему оставались два кабельных канала. На всех ключевых постах в министерствах, ведомствах, избирательных комиссиях, центробанке, вооруженных силах назначались только родные и близкие Фухимори или Монтесиноса. Но, несмотря на это, фальсификации на выборах были такими масштабными, что даже официальное объявление второго тура не помогло ― люди вышли на улицы. Манифестации против «фухимонтесинизма» были такими многочисленными, что президентскую присягу пришлось принимать за кордоном из 40 тысяч вооруженных полицейских. Оппозиционные депутаты вышли из зала заседаний, натянув в знак протеста противогазы, а бои на улицах завершились гибелью шестерых человек.

Это было в июле, а 14 сентября того же года по единственному кабельному телеканалу Canal N была показана запись, на которой глава разведки Монтесинос пытается подкупить оппозиционного депутата Альберто Кури, обещая тому 15 тысяч в месяц за поддержку президента. Пленка была передана журналистам двумя оппозиционными депутатами, которые сразу же дали пресс-конференцию, а пленку «запустили» в эфир.

Реакция общественности превзошла все ожидания. На улицы вышли протестующие, Монтесинос бежал в Панаму, а Фухимори выступил с обращением к нации, объявив, что ничего про подкуп не знал и был введен своим соратником в заблуждение. Но для того чтобы утихомирить народ, кроме роспуска Службы национальной разведки и отстранения ее главы, пообещал также досрочные выборы. О чем Фухимори нации не сказал, так это о том, что, прежде чем отправить Монтесиноса в отставку, он выплатил ему 15 миллионов долларов наличными ― по 1,5 миллиона за каждый год совместной работы.

И здесь в истории появляется Хосе Карлос Угас Санчес, добившийся впоследствии четырехкратного осуждения Фухимори по обвинению в коррупции: «Министр юстиции [Альберто Бустаманте], мой бывший профессор, позвонил мне и рассказал, что президент поставил его в сложную ситуацию: он захотел посадить Монтесиноса в тюрьму, и для процесса ему требуется прокурор, специализирующийся по уголовным делам. «Я ничего не понимаю в уголовном праве, а из тех, кто понимает, ты единственный, кому я доверяю», ― сказал министр».

«Он сделал большую ошибку, назначив меня», ― уверен Угас. Уже на следующий день по инициативе нового специального прокурора состоялась его встреча с Фухимори. «Я хотел, чтобы президент гарантировал мне право на ведение независимого расследования, ― рассказывает он. ― Встреча закончилась, мы выходим, двери открываются ― а там полный зал прессы, он представляет им меня и сразу же врет ― о том, что в отношении Монтесиноса выписан ордер на арест, хотя к этому времени даже не было возбуждено уголовное дело. Я был удивлен, повернулся к Фухимори, но это была не та ситуация, чтобы спорить с президентом. В тот же день я связался со своим советником по прессе, своим другом-журналистом, и он говорит мне: «Ты должен провести пресс-конференцию»».

Тем же вечером спецпрокурор Угас собрал журналистов и заявил им: «Президент ошибся, ордер еще не выписан, Монтесинос еще не является фигурантом уголовного дела, мы только начали расследование». Независимая пресса на следующее утро вышла с заголовками «Спецпрокурор говорит, что президент не прав». На требование убрать Угаса, министр юстиции пригрозил, что сам тогда подаст в отставку и Фухимори оставил всех на своих местах.

В ноябре разорвалась очередная бомба. 11 ноября в колумбийской газете Cambio 16 вышло интервью Роберто Эскобара, (старшего брата легендарного колумбийского наркоторговца Пабло Эскобара). Роберто Эскобар признавал, что лично видел, как в 1989 году Монтесинос получал миллион долларов от Пабло на кампанию Фухимори. В тот же день история была перехвачена СМИ. «Я услышал ее и сказал себе: «Wow! Теперь мой босс обвинен в том, что получал деньги от Пабло Эскобара»», ― говорил Угас. Выбор он сделал простой: «Я собрался со своими заместителями, и в тот же вечер мы решили инициировать расследование в отношении президента».

Фухимори был в курсе решения Угаса. Кто-то даже говорит, что спецпрокурор сам предупредил главу государства. 13 ноября президент отправился на форум Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества в Бруней и на родину больше не вернулсяс саммита он бежал в Японию, где попросил убежища. От президентской должности он отказался, послав в Конгресс факс. Отставку парламентарии, правда, не приняли, а на следующий день лишили Фухимори поста через импичмент, признав его «морально недееспособным».

После побега Фухимори из страны на стороне Угаса была поддержка временного правительства, назначенного Конгрессом, так как у сторонников Фухимори уже не было большинства.

Получив карт-бланш от нового правительства, команда Угаса немедленно приступила к масштабным чисткам госаппарата. Временное правительство сформировало параллельную антикоррупционную судебную вертикаль, отобрав шесть молодых прокуроров и шесть молодых судей, работавших в тесной связке с людьми Угаса.

После падения Фухимори был рассекречен архив Владимира Монтисеноса, как оказалось, у последнего была привычка записывать все переговоры, которые он вел. Этот архив сыграл не последнюю роль в помощи при расследовании коррупции в правлении Фухимори.

peru history

За годы своего правления Фухимори, согласно выводам суда, погряз в коррупции и присвоил как минимум 200 миллионов долларов. Так же ему вменялись в вину приказы в неправосудных убийствах двадцати пяти гражданских лиц.

Четырнадцать генералов армии сели в тюрьму. Было возбуждено около полутора тысяч дел, прошло двести судебных разбирательств. К 2000–2001 году в страну были возвращены 75 миллионов долларов из офшоров в Швейцарии, Мексике, Люксембурге и с Каймановых островов. В 2001 году Монтесинос был выдан Венесуэлой.

В Японии Фухимори провел пять лет и в 2005 году решил вернуться на родину. Частным самолетом Фухимори отправился в Чили, но в ноябре, по запросу перуанских властей, его арестовали и выслали в Перу.

Таким образом, Фухимори стал первым демократически избранным главой государства, который был экстрадирован в свою страну и осуждён за нарушение прав человека. Верховный суд Перу 11 декабря 2007 года приговорил Фухимори к шести годам тюрьмы и штрафу в 92 тысячи долларов за злоупотребление властью. Днём ранее начался ещё один процесс, по которому Фухимори проходил в качестве подсудимого за организацию массовых убийств в 1991 г. в Барриос-Альтос и в 1992 году в Ла-Кантута, за похищение и исчезновение девяти студентов и профессора из Университета Ла Кантута в июле 1992 года, а также за похищения журналиста Густаво Горрити и бизнесмена Самуэля Диера в том же году и за коррупционные преступления. 7 апреля 2009г. Фухимори был приговорен специальным трибуналом к тюремному заключению сроком на 25 лет.

Первый процесс над Фухимори прошел в особом порядке ― экс-президент сам признался в том, что отдал приказ обыскать квартиру бывшей жены Монтесиноса, где он искал компромат ― за это уже в декабре 2007 года его приговорили к шести годам тюремного заключения. Все выдвинутые против Фухимори обвинения Верховный суд Перу разбил на три группы; все три процесса должна была вести созданная для этого коллегия ― Специальный уголовный суд. В день подписания Декларации прав человека, 10 декабря, начался первый процесс над Фухимори. Слушалось дело о массовых нарушениях прав человека ― Фухимори как бывший глава государства выступал ответчиком по делу об убийствах с отягчающими обстоятельствами, нападениях и насильственных исчезновениях. По истечении 16 месяцев суд признал его виновным в полном объеме по эпизодам резни в Барио-Альтос.

Максимальный, двадцатипятилетний приговор Фухимори получил 7 апреля 2009 года. Суд пришел к выводу, что, как главнокомандующий вооруженными силами, президент несет полную ответственность за противоправную деятельность «Группы Колина», а эти преступления укладываются в более широкие рамки «государственных преступлений», совершение которых невозможно без того, чтобы руководящие лица государства не были поставлены о них в известность.

Четыре месяца спустя Фухимори был приговорен еще к 7,5 года тюремного заключения ― за хищение 15 миллионов долларов, которыми он планировал откупиться от Монтесиноса. В сентябре того же года последовал приговор к 6-летнему заключению за организацию прослушек, цензурное давление на СМИ и подкуп государственных чиновников.

«Есть несколько дел, которые мы не смогли довести до конца, я на сто процентов уверен, что у семьи Фухимори есть кубышка где-то в Японии или Малайзии. Перед своим уходом с поста спецпрокурора я написал доклад, в котором посоветовал правительству нанять фирму, занимающуюся отслеживанием банковских переводов. Но фирма была нанята не лучшая, и правительство в этом провалилось. По консервативным подсчетам, из страны ушли еще 160 миллионов долларов, по другим ― до полутора миллиардов. И семья Фухимори может использовать эти деньги», ― уверен Угас.

Судьба пришедших после Фухимори правителей Перу подтверждает, что «История ничему не учит». С сожалением надо заметить, что за коррупцию, использование служебного положения, отмыв денег были арестованы не один последующий руководитель страны Перу, включая даже тех, кто сам был когда-то активным борцом с коррупцией и находился в команде Угаса.

Конечно, заслуга Угаса в победе над правлением Фухимори является бесспорной. Если бы не его принципиальная позиция и решимость, возможно, что ничего бы и не случилось. Ведь он принял решение идти без каких-либо гарантий на успех, против, да, пошатнувшегося, но тогда еще всесильного Фухимори.

Сейчас в мире много стран, в которых процветает коррупция, как сказала 6 марта 2014 года еврокомиссар по внутренним делам Сесилия Мальмстрем: «в Европе нет зон, свободных от коррупции». Пример борьбы Угаса и его соратников говорит о том, что все возможно преодолеть, надо только решительно идти к своей цели и никуда не сворачивать.

Герман Галдецкий

    +2 (голосов 2)

Конкурс

yolkin-0

Приложения

Android app on Google Play

 
Вся представленная на сайте информация относительно персональных данных чиновников и депутатов была получена из открытых источников в СМИ до 1 октября 2013 г. АНО «Центр ТИ-Р» в своей деятельности строго следует конституционному принципу невмешательства в частную сферу жизни человека и подчиняется положениям ст.152.2 ГК РФ. При работе с информационными источниками АНО «Центр ТИ-Р» руководствуется нормой абз.2 п.1 ст.152.2 ГК РФ: «не является нарушением правил, установленных абз.1 настоящего пункта, сбор, хранение, распространение и использование информации о частной жизни гражданина в государственных, общественных или иных публичных интересах, а также в случаях, если информация о частной жизни гражданина ранее стала общедоступной либо была раскрыта самим гражданином или по его воле»