Итоги 2013 года для малого и среднего предпринимательства (МСП)

Вторник, 21 Январь 2014
Илья Хандриков
Илья Хандриков

Это уже восьмая попытка (начиная с «Итогов 2006 года») анализа состояние МСП. Практически все эти годы (за исключением последних двух-трех) подведением «итогов» жизнедеятельности тотально уничтожаемого независимого малого бизнеса ведали заказных дел мастера волшебного пера, снимавшие хорошие сливки на псевдорезультатах. Они и сейчас творят историю либо с повязкой на глазах, либо ковыряясь в «игрушечных» сферах бизнеса, так заботливо насаждаемых представителями околосколковской братии, но работа у них больше штучная, не отражающая реальности картины.

Удивительно, но эти два-три года убедили практически всё экспертное сообщество в пагубности политики так называемой господдержки МСП последнего десятилетия.


Тем не менее, я решил впервые в своей экспертной практике подвести и позитивные итоги 2013 года.

И так позитив 2013 года:

1.26 мая отметили 25 лет со дня выхода закона № 8998-XI «О кооперации в СССР».

2.Россия поднялась на 92-ю строчку в рейтинге «Doing business».

3.В этом году в стране заработал институт бизнес-омбудсмена.

4.Проведена амнистия для предпринимателей.

5.Налоговые каникулы будут распространяться на впервые зарегистрированных ИП.

6.Льготы по взносам для малого бизнеса сохранятся до 2018 г.

7.Планируется выделить в 2014 году из Фонда национального благосостояния (ФНБ) 100 млрд. руб. на кредитование малого и среднего бизнеса.

8.Чиновники утверждают: в России самая низкая налоговая нагрузка на бизнес.

9.Россия и Москва выделяют огромные средства, чтобы привлечь инвестиции в экономику.

10.Введение особого порядка налогообложения для самозанятых граждан – патент.

11.Введение оценки регулирующего воздействия (ОРВ).

12.Московские власти готовы провести «малую приватизацию» в городе.

13.Прокуратура Петербурга остановила снос 4 тыс. торговых павильонов и ларьков.

14.Банковская чистка от серьезных нарушений и теневых операций (в том числе тех, за которые убили юриста Магнитского).

Большие достижения! А теперь стоит осмыслить эти и многие другие результаты года.
Прошло четверть века, а точнее, 26 лет российского предпринимательства, из которых 18 лет власти играли на стороне крупного капитала, начиная с проведения первого залогового аукциона на пакет акций «Сургутнефтегаз» 3 ноября 1995 года (появление олигархии в России).

Мы не увидели никакой официальной оценки этого периода развития частного бизнеса, хотя президент Путин, после встречи в Воронеже в мае, подписал целый ряд поручений правительству, таким образом, заявляя о своем намерении поддерживать МСП в стране: выработать дополнительные механизмы налогового стимулирования предпринимателей, начинающих новый бизнес; определить новый порядок присоединения субъектов предпринимательской деятельности к инфраструктуре естественных монополий и расчет платы за такое присоединение; расширить механизм госгарантий бизнесменам, упростить административную процедуру их предоставления; упростить налоговое администрирование для субъектов малого предпринимательства; создать преференции при госзакупках товаров, произведенных на территории РФ; создать преференции для отечественных производителей высокотехнологичных лекарств, входящих в перечень жизненно необходимых; преодолеть скрытые отраслевые барьеры, которые не позволяют воспользоваться преимуществами ВТО и препятствуют выходу российских товаров на рынки иностранных государств.

Много или мало заявлено президентом? Специалисты утверждают, что это всего 5% от требуемого, и начинать надо с анализа итогов четвертьвековой истории, тогда станет предельно ясно, что необходимо менять!
Очень хочется посмотреть, как в реальности воплощаются позитивные планы.

Может ли кого-то удивлять попытка наших функционеров всеми средствами выполнить указ президента «О долгосрочной государственной экономической политике», предполагающий выход России на 20-е место к 2018 году в рейтинге «Doing business»? Это усердие сильно напоминает попытку подогнать нынешнее состояние бизнеса под правильный результат, при этом коренным образом не меняя ничего. Именно так можно оценить «прыжок» в рейтинге на 20 позиций вверх! Например, уровень развития конкуренции, по мнению экспертов, снизился за последний год.

По словам главы ФАС Игоря Артемьева, конкурентоспособность экономики страдает в основном из-за большого огосударствления и административных барьеров: «То, что происходит, связанное с кризисом в Европе, США, – у нас это тоже произошло, когда госсектор стал еще более доминирующим, еще более сильным, а конкуренция за счет малого и среднего бизнеса … пока не развивается».

Надо отдать должное нашим чиновникам, для которых задача (в рамках выполнения указа президента от 2012 года) по созданию и модернизации 25 млн. высокопроизводительных рабочих мест к 2020 году, свелась, в основном, лишь к жесточайшей зачистке поляны малой торговли, с целью как бы переориентации большей части представителей МБ на работу в другие сектора экономики (попутно убирая конкурентов торговым сетям). Судя по результатам, видимо в рамках всё той же модернизации рабочих мест, умудрились за год потерять несколько сотен тысяч ИП, пытаясь в два раза повысить выплаты в бюджет от индивидуальных предпринимателей.

Банковская и финансовая сфера.

Стоит отметить, что лишь совершенно случайно граждане страны узнали из событий с кипрскими оффшорами, как государство вместе с крупным бизнесом обворовывало их, лишая права на достойную медицину, образование, пенсии, за счет увода большей части экономики в иностранные (оффшорные) юрисдикции. Как стало известно, ОАО « Роснефть» в 2013 году проводило сделку на Кипре по покупке 100% акций акционерного общества «ТНК-BP» за 56 млрд. долларов, с которой с 28 млрд. долларов должен был получить консорциум ААР (Альфа-групп – Access Indastries – Ренова). Бюджет страны, предполагаю, налогов не получил.
Специалисты утверждают: около 70% средств в российской недвижимости и 80% в финансовом секторе отмыты на Кипре и Британских Виргинских островах (в значительно меньшей степени это относится к другим секторам экономики).

Отчасти стала понятна фраза бывшего руководителя ЦБ Сергея Игнатьева, сказанная перед уходом со своего поста: «За оттоком капитала из России стоит хорошо организованная группа лиц». Сумма оттока составляет около 50 млрд. долларов в год. Специалисты утверждают, что названные Игнатьевым схемы оттока капитала, это как раз те, по которым ведутся расследования в нескольких юрисдикциях в связи с делом юриста Сергея Магнитского, убитого в московском СИЗО.

Понятна стала и цель банковской чистки от серьезных нарушений и теневых операций, проводимой осенью-зимой этого года – зачистка мощнейшего клана. Ещё в апреле руководитель Национального антикоррупционного комитета Кирилл Кабанов написал: «Наконец — то из мск ЦБ уходит Шор, человек ответственный за создание системы огромной " прачечной для грязных денег ". Исповедь Игнатьева об устойчивых преступных группах „, отмывающих миллиарды долларов запоздала лет на шесть. Вся эта система создавалась, работала и работает с участием правоохранителей и „наблюдателей от ЦБ“. Людей, которые пытались ей противостоять убирали (вплоть до убийств). Огромное количество криминального (воровского) капитала нуждается в этой системе. В нее втянуты ведущие банки страны. Вот истина. А то что Игнатьев не мог ничего с этим сделать, как например с Мелекьяном и Шором — это тоже правда. Очень жаль, что много хороших людей погибло и осталось со сломанными судьбами из-за этой борьбы. Мы их помним и напомним этим бл…м в погонах с их „Жирными“ прихвостнями. Дайте время…“. Кажется, процесс пошёл. Только во второй половине года лицензии отозваны у около 20 банков. Ещё летом были закрыты три дагестанских банка и это не удивительно: Дагестан – это одна из уникальных республик, где законы РФ практически не действуют. Как по-другому можно объяснить сложившееся положение, позволяющее двум третям предпринимателей не регистрировать свой бизнес?

Однако массовый отзыв лицензий серьезно сказался на жизнедеятельности большого количества субъектов предпринимательства, имевших счета в закрытых банках. До каких пор за всё „отвечать“ у нас будет малый бизнес? Хочется верить, что частично поможет инициатива Бориса Титова распространить практику страхования вкладов физических лиц на индивидуальных предпринимателей. На фоне отзыва лицензий у банков предложение выглядит вполне своевременным. Пока дело ограничилось поручением премьер-министра изучить возможные последствия такого решения.

Недовольство МСП банковской системой должно подтолкнуть бизнес к формированию на новом качественном уровне системы кредитных кооперативов, а государство обязано вернуться к созданию цивилизованного законодательства в этой сфере, вопреки давлению мощнейшего банковского лобби, способствовавшего фактическому уничтожению этого сектора финансовой поддержки малого бизнеса и ИП.

Борьба с коррупцией высветила очень интересные её особенности. На недавней конференции ООН в Панаме против коррупции выяснилось, что в руководстве России опасаются групп гражданского общества, следящих за расходованием бюджетных средств, раскрывающих коррупционные схемы и мешающих коррупционерам избегать ответственности. Россию на конференции представляли около 30 участников из: Генеральной прокуратуры, Следственного комитета, Счетной палаты, МИДа, МЭРа, управления экономической безопасностью и противодействию коррупции МВД и Минтруда. В официальное российское заявление намеренно не включен и вопрос о возврате доходов от коррупции. Да, результаты либерализации подхода по замене тюремных сроков штрафами выглядят полным провалом – пока возвращено в 1000 раз меньше должного.

„Усилий власти явно не достаточно, чтобы сдвинуть ситуацию с противодействием коррупции с мертвой точки. То, что Россия застряла в нижней части списка (уровня восприятия коррупции), крайне отрицательно сказывается как на перспективах экономического роста и повышения инвестиционной привлекательности нашей страны, так и на общем доверии граждан к серьезности усилий власти по противодействию коррупции“,— „Трансперенси Интернешнл“.

Крупнейшие коррупционные скандалы и их результаты говорят о России не как о стране, стремящейся встать в один ряд с ведущими цивилизованными державами, а как о сословном государстве, в котором положено брать по чину! И если это правило нарушается, то превысивший свои „полномочия“ чиновник должен будет вернуть „хозяину“ не по чину взятое! В худшем случае его переведут на другое место работы с понижением. Материалы дела подтасуют. Найдут пару стрелочников, подписавших документы. Статусная персона окажется не „в теме“, и конец истории. А ещё сословное государство не предполагает подписание (ратификацию) 20-й статьи Конвенции ООН против коррупции.

Воровство, коррупция демонстрирует неэффективность власти: сердюковская „сага“, АТЭС во Владивостоке, Олимпиада в Сочи, плавно перетекающие в ЧМ по футболу 2018. Воруют все, всё и всюду при абсолютной безнаказанности и максимальном ограничении контроля со стороны общества.

Налоговая политика.

2013 год – год стагнации российской экономики! Чтобы обеспечить соблюдение бюджетного правила при сложившемся уровне бюджетных расходов, пришлось проводить секвестр и включать в доходную часть сомнительные источники. Снижение доходов бюджета стало полной неожиданностью для российских властей. После многочисленных скандалов чиновники четко провели границу между „своими“ — госкорпорациями, силовиками и лояльными бюджетниками — и „чужими“ – малым и средним бизнесом и более массовыми группами населения, от которых ждут „ответственности“ и повышения производительности труда. Вся эта „игра“ в своих и чужих привела к массовым скандалам в обществе, связанным с отменой материнского капитала, с замораживанием и внезапным размораживанием тарифов, с повышением зарплаты высшим чиновникам на фоне ее замораживания бюджетникам, с инвестициями за счет средств ФНБ, которые, как оказалось, уже освоены ВЭБом, и наконец, самом впечатляющем – с конфискацией пенсионных накоплений. „А мы видим чрезмерную зарегулированность экономики, видим, что число госкомпаний не уменьшается и что неэффективных „зомби“ поддерживают за счет средств налогоплательщиков“,— говорят специалисты. При этом доля засекреченных расходов в проекте федерального бюджета на три года выросла в 1,8 раза и достигнет в 2016 г. четверти.

Всемирный Банк констатирует, что российская экономика работает почти на полную мощность, испытывая „ограничивающие“ структурные проблемы — наличие неконкурентоспособных отраслей и неконкурентных рынков. Ускорить рост ВВП не помогут ни бюджетная политика, ни монетарная. „Ответ где-то еще: в диверсификации, конкуренции и инвестиционном климате, а это намного более сложная задача, в которую вовлечено куда больше ведомств, чем просто министерство финансов и центральный банк“,— говорят специалисты банка.

Еще в самом начале года, теперь уже бывший глава Счетной палаты Сергей Степашин рассказал Госдуме, что 60% регионов — на грани банкротства, и призвал притормозить с передачей на уровень субъектов РФ дополнительных обязательств социального характера. Какими же надо быть безумными руководителями дотационных регионов России, чтобы уничтожать малый торговый бизнес и ИП, позволяющих решить проблемы самозанятости, дающих доход семьям работающих, обеспечивающих население товарами и услугами, платящих налоги. Дурной пример московских властей оказался заразительным для многих регионов.

Фактически, единственным регионом, где прокуратура оспорила эту преступную политику властей в отношении малой торговли и отменила снос 4 тысяч объектов, стал Петербург (годом раньше был Ярославль).

Надо отметить участившиеся жалобы предпринимателей на налоговые органы, использующие инструмент блокировки счетов: для вызова их на ковер в инспекцию, для выяснения причин убытка за отчетный период, при не совпадении юридического и фактического адреса, при задолженности в 50 копеек, хотя веских оснований для блокировки в реальности лишь три.

„Существует расхожее мнение, что в России самая низкая налоговая нагрузка на бизнес. Но это не так“,— Борис Титов.

Исследования компании „PricewaterhouseCoopers“ по уплате налогов в мире в 2013 году подтверждают, что совокупная налоговая нагрузка в России – 54,1% (1. Налог на прибыль – 7,1%; 2. Налог на труд и ЗП – 41,2%; 3. Прочие налоги – 5,8%). Для сравнения, в ЕЭС – 42,6%; в мире – 44.7%. Прочие налоги не учитывают, что покупаемые нами иностранные товары обходятся в полтора — два раза дороже, чем европейцам или американцам. У нас выше тарифы и очень высокие ставки по кредитам. А каков коррупционный налог на каждого из нас? Возникает законный вопрос: о какой конкурентоспособности российского бизнеса при таком налоговом бремени можно говорить?

„ Есть немало стран, где граждане отдают в виде налогов половину заработанного, но в обмен получают хорошие дороги, чистую воду из под крана, больницы, школы и работающую полицию. И суд, в котором можно выиграть у государства“,— „Форбс“.

ВТО и малый бизнес.

Для чего Россия так стремилась во Всемирную Торговую Организацию? На этот вопрос может ответить любой человек, разбирающийся в экономических вопросах – в первую очередь, чтобы экспортеры получили возможность беспрепятственно поставлять сырьё по выгодным ценам. Всё остальное – больше красивые слова.
Теперь, когда стране грозит рост безработицы и есть крайняя необходимость высвобождать людей, задействованных на металлургических производствах, потому что запросов на продукцию в таком объеме нет, плюс закуплено более современное оборудование, не требующее так много работников, нужны программы массового переобучения, чтобы не выбрасывать людей на улицу.

Получается, стремление в ВТО за сверхприбылями определенных финансово-промышленных групп теперь оборачивается проблемами для страны, а кризису пока не видно конца.

В подобных условиях нужны не только программы переобучения персонала многочисленных промышленных монстров. Вопрос значительно шире и в данном случае требует разрешения серьезного социального конфликта, который будет затрагивать и семьи сокращаемых сотрудников и инфраструктуру городов и населенных пунктов, где размещены предприятия. Нужна программа развития МСП в кризисных зонах. Понимая глобальность проблемы, правительство готово обсуждать возможность подключения денег резервного фонда, но складывается впечатление — „хотели как лучше, а выйдет как всегда“.

Поддержка МСП.

Государственная политика в отношении МСП, а это скажет любой ответственный за данную сферу чиновник, имеет последовательную поддержку и развитие. Приводится огромное количество положительных примеров. Предприниматели и эксперты отмечают колоссальные перекосы в этой „последовательности“. Очень часто формируется образ двух разных рук, делающих совершенно противоположные вещи, приводящих МБ в состояние полного ступора: с одной стороны ставятся грандиозные задачи к 2018 году подняться на 100 мест в мировом рейтинге условий ведения бизнеса, а с другой – принимаются жесточайшие меры воздействия на предпринимателей, „искусственно криминализируя бизнес“.

Мне кажется, что подобные действия очень похожи на качание маятника: движется он в одну сторону – оттепель, движется в другую – страшное похолодание. В этом нет ничего удивительного: в стране, 80% экономики которой принадлежит государственно-олигархическим группам, заинтересованным в удовлетворении лишь собственных интересов, добиться положительных результатов только правильными указами невозможно. Предприниматели прекрасно чувствуют это положение, также пытаясь встраиваться в сложившуюся вертикаль, максимально к ней прижимаясь. В этих условиях сам бизнес не имеет никакой возможности изменить нынешнюю ситуацию.

Даже создание новых институтов защиты бизнеса, таких как институт бизнес-омбудсмена, не могут поменять сложившейся картины, хотя, без сомнения, являются положительным шагом.
По сути, все движения власти в сторону реального развития МСП приводят лишь к кратковременной оттепели.

Это можно продемонстрировать на конкретных примерах:

1.Массовая предпринимательская амнистия. Результат – полторы тысячи освобождаемых?

2.Налоговые каникулы для вновь зарегистрированных ИП – лишь на уровне эксперимента?

3.Льготы по взносам для малого бизнеса — только для производственного, а это — 0,007%?

4.Введение особого порядка налогообложения для самозанятых: патент – лишь на 1 год?

При этом начинается жесточайшее давление на МБ, которое можно сравнить лишь с окончанием оттепели: сразу несколько федеральных структур заявили о необходимости сажать (привлекать к уголовной ответственности) предпринимателей: Генеральная прокуратура, Минюст, Минтруд, Роспотребнадзор, да и сам президент под конец года поддержал проект поправок в Уголовно-процессуальный кодекс, восстанавливающих прежний порядок возбуждения налоговых дел. Они разрешают следственным органам начинать расследование на основании материалов оперативно-разыскной деятельности, а те, в свою очередь, используют практику, когда ущербом называется вся сумма выручки и многое другое, не имеющее к реальному делу ни какого отношения. Идет попытка „перекроить“ нужным образом закон о защите юрлиц и ИП при осуществлении госконтроля. При этом идет тихий саботаж массового внедрения в стране (и особенно в Москве) механизмов оценки регулирующего воздействия (ОРВ), способной блокировать „кошмарящие“ бизнес инициативы различных ведомств. Мы видим как этот „маятник“ опять поднимает полномочия министерств и ведомств на недосягаемую высоту. Этот процесс и ведет к исчезновению класса независимых предпринимателей, которые не аффилированы с чиновниками и силовиками, и не входят в их „кормовую базу“.

В таких условиях никакая амнистия не принесет ожидаемых политических дивидендов и инвестиций, когда власть сама „объявляет конкурс“ на посадочное место, где на одного вышедшего по амнистии может приходиться до десятка подготовленных к отсидке.

А у вице-премьера Ольги Голодец получается, что как бы 38 млн. россиян „не понятно, чем и где заняты“. Всё предельно просто — бизнес бежит от государства, несущего опасность, в полувиртуальные и виртуальные сферы, где он может чувствовать себя свободнее и безопаснее.
Нестационарные торговые объекты (НТО).

Война с этой категорией бизнеса шла весь год и не только в Москве. „Огонь“ от фитиля, зажженного Сергеем Собяниным, полыхал по всей России, включая регионы, кажется, заинтересованные в развитии предпринимательства и трудоустройстве граждан. „Кровожадным“ мэрам предприниматели смогли противостоять только в Ярославле и Питере, оспорив свое конституционное право на труд, на предпринимательскую деятельность, собственность и добившись справедливых решений через суд и прокуратуру.

В Москве „инновационные“ технологии, применяемые представителями власти дали ей положительные результаты в борьбе с тысячами объектов:

1.Подправили (удалили) понятие „стационарные объекты“, незаконно прировняв к „нестационарными“, а затем вывели их из дислокаций.

2.Лишили добропорядочных предпринимателей, владельцев НТО, многие годы честно работавших на благо москвичей и гостей столицы, права на торговлю, обозвав их объекты НЕЗАКОННЫМИ (приравняв к тем, что раньше стояли в Москве без документов, под „крышами“ управских и ментов). Обязали участвовать нередко в полукриминальных и гарантированно убыточных для города аукционах по продаже „воздуха“ (покупать право на право торговли), не предоставив преференций и альтернативных мест.

3.Умудрились создать пример прецедентного права, использовав „оспаривание“ антиконституционного 614-ПП „заказным“ предпринимателем, после легализации которого даже бизнес-омбудмен Борис Титов называет (в своих ответах) его законным.

4.Засекретив от предпринимательской общественности результаты антикоррупционных исследований 26-ПП и 614-ПП и исследований оценки регулирующего воздействия (ОРВ) на бизнес этих документов.
5.Построили „потемкинскую деревню“, сообщив всем, что все пострадавшие добросовестные предприниматели получили компенсации.

6.Запустили на московский рынок фирмы, такие как „Габрон“ и „Данвеста“, имеющие десятки и сотни аффилированных структур (с признаками однодневок), разместив без аукционов их объекты.

Какова судьба счастливцев, жертв издержек реформ потребительского рынка Москвы, так прекрасно спасенных добрыми чиновниками и омбудсменами? Утверждается, что справедливость в отношении пострадавших полностью восстановлена в результате майского соглашения между правительством Москвы, омбудсменами и предпринимательской общественностью. Так ли это? Нет! Возьмем, к примеру, ИП Садовникову И. К. и её мужа Дубнова С. Л., ветеранов труда с 1987 года, „детей“ ВОВ и заложивших кооперативную квартиру, чтобы стать предпринимателями (с 1999 г.). Сотни писем и документов по всей вертикали и горизонтали нашей необъятной бюрократии и общественным структурам. Преференции? Компенсации? Итог: полностью убитый бизнес, долги по зарплате и налогам (работа остановлена с апреля 2012 года) – голодная старость!

В заключение, о тех добросовестных московских предпринимателях, чьи объекты были по злому умыслу признаны незаконными. Весь 2013 год они пытались безуспешно защитить свои украденные права и добиться преференций для продолжения бизнеса. Среди них есть и пострадавшие фермеры. Вновь созданный Общественно-экспертный совет по МСП города сейчас готовит документы по поводу восстановления справедливости для этой категории предпринимателей.

Что делать и с чего начинать?

Бывший министр финансов Алексей Кудрин предвкушает ухудшения в экономике: „Это будут самые плохие годы за последние десять лет, кроме кризисного 2009-ого. И это не конъюнктурный кризис. Мы столкнёмся с тем, что у нас отжившая модель экономики без точек роста для развития новой. И пока не сформируется новая модель, мы в среднесрочной, а то и в долгосрочной перспективе будем пребывать в стагнации“.

Но плохие институты и структура экономики заключают в себе как раз возможность и вектор роста, а для этого нужна иная модель госуправления, где у чиновников должны быть перераспределены функции (а некоторые контрольные сильно ограничены), повысится их ответственность за достижение положительного результата деятельности, направленного на развитие потенциала малого и среднего бизнеса, как важнейших точек роста.
В этих условиях есть лишь одна возможность переломить подобную ситуацию – начать вместе с заинтересованными представителями власти формирование новых массовых союзов бизнеса, способных консолидировать весь российский бизнес и взять на себя большие полномочия.

Стоит опираться на опыт цивилизованных стран, где бизнес, через систему предпринимательских сообществ, ведет управление экономикой городов (стран), решая триединую задачу:

1. Наполнение рынка товарами и услугами.

2. Защита бизнеса как класса.

3. Предложение качественной продукции и услуг (благодаря внутриотраслевому контролю).

Если разложить будущую работу на шаги:

Первый шаг – консолидация всех производителей товаров и услуг в отраслевые гильдии и союзы (параллельно, но отдельно, должно идти объединение персонально руководителей всех компаний в союзы работодателей малого, среднего, крупного бизнеса).

Второй шаг – получение полномочий от государства на регулирование предпринимательской деятельности в рамках созданных союзов.

Третий шаг – сокращение государственных функций по контролю за деятельностью предпринимателей (сокращение высвобождающегося чиновничье-силового аппарата с огромными ресурсами, инструментами давления и, как следствие, коррупции).

Сегодня бизнес объединен лишь на 5-7% и механизмы консолидации сильно искажены. Нынешнее состояние большинства предпринимательских сообществ является тупиковым и стоит большим барьером на пути развития бизнеса в России. Пора эту ситуацию менять. Очень важно уйти от сложившихся стереотипов, и, начав работу, взять лучшее из достигнутого. Речь должна идти о кардинальной реформе как системы ТПП, так и „Большой тройки“.

Если мы говорим о союзах производителей товаров и услуг, площадкой для которых является система Торгово-промышленных палат (ТПП), то создание относительно безопасной среды для развития различных видов предпринимательской деятельности возможно с помощью инструмента саморегулирования (только не путать с лжепроектом в строительной индустрии). Это подтверждается опытом развитых стран, где мы видим, что контрольная функция в значительной степени выполняются самим бизнес-сообществом, а не внешним „игроком“ — государственными органами.

Союзы работодателей, членами которых становятся физические лица — непосредственно собственники, очень важная часть консолидации бизнеса. К последним („Большая тройка“) можно было бы отнести такие структуры как ОПОРА России, „Деловая Россия“ и РСПП, если бы они в полной мере могли отстаивать интересы предпринимателей как класса. Однако, как ни парадоксально, такие функции не закладывались в эти структуры даже на этапе их создания. Я стоял у истоков создания ОПОРЫ России и прекрасно помню, что власти, которые инициировали создание этого союза, вменили ему, в первую очередь, обязанность „создания положительного образа предпринимателя“. Ни о какой защите предпринимателей речи даже не заходило! В результате мы получили очень формальные объединения, не выполняющие свою базовую функцию – защиту бизнеса своего уровня!

Данная программа позволит вывести страну на совершенно новый экономический и жизненный уровень:

1.Добиться роста производства товаров и услуг (за счет реальной конкуренции).

2.Повысить качество товаров (внутриотраслевой контроль качества).

3.Существенно сократить чиновничество, налоги на бизнес, коррупцию.

4.Прекратить практику рейдерских захватов и арестов добросовестных предпринимателей.

5.Осуществлять внутренний контроль за набором для бизнеса иностранной рабочей силы.

6.Контроль за созданием прозрачной пенсионной системы для всего бизнеса.

7.Позволит сформировать на новом качественном уровне систему кредитных кооперативов.

8.Повысить ответственность, а значит и авторитет предпринимательства в России.

9.Отделить бизнес от власти и равноудалить бизнес.

Понятно, чтобы выйти на положительный результат, предпринимателям должна быть гарантирована защита от всяческих манипуляций лоббистов и властных групп и использования строящихся массовых сообществ в политических целях, что сегодня дискредитирует само понятие МСП. Системно организованный бизнес не должен нуждаться в различных объединенных фронтах! Только массовая консолидация сегодня спасет бизнес и позволит ему по настоящему развиться в России.

Одновременно мы видим на политической поляне новую волну разрешенных властями олигархических групп, пытающихся использовать предпринимателей в реализации своих амбиций. Кто для МСП лучше: „прохаровские“, „альфовские“ или „озеровские“? Под кем лучше быть, чтобы выжить? Именно подобный вопрос стоял перед бизнесом в 90-е. Нам нельзя допустить его реализации в нынешнем виде!

Путь только один – строительство вместе с государством сообществ бизнеса двух типов:

1 — производителей товаров и услуг.

2 — работодателей.

При этом, каждый предприниматель должен входить одновременно и в отраслевую ассоциацию (гильдию) как производитель и в союз (в зависимости от уровня бизнеса) как работодатель. Для реализации этой инициативы есть пошаговая программа, но пока нет интереса властей и политической воли.

Илья Хандриков

Конкурс

yolkin-0

Приложения

Android app on Google Play

 
Вся представленная на сайте информация относительно персональных данных чиновников и депутатов была получена из открытых источников в СМИ до 1 октября 2013 г. АНО «Центр ТИ-Р» в своей деятельности строго следует конституционному принципу невмешательства в частную сферу жизни человека и подчиняется положениям ст.152.2 ГК РФ. При работе с информационными источниками АНО «Центр ТИ-Р» руководствуется нормой абз.2 п.1 ст.152.2 ГК РФ: «не является нарушением правил, установленных абз.1 настоящего пункта, сбор, хранение, распространение и использование информации о частной жизни гражданина в государственных, общественных или иных публичных интересах, а также в случаях, если информация о частной жизни гражданина ранее стала общедоступной либо была раскрыта самим гражданином или по его воле»